Личность 1908–1982

Николай Алексеевич Пилюгин

Советский учёный и конструктор, член Совета главных конструкторов, создатель автономных систем управления и навигации от ракеты Р-7 до комплекса «Энергия» — «Буран»

Краткая справка

Николай Алексеевич Пилюгин (1908–1982) — советский учёный и конструктор, академик АН СССР, основоположник отечественных автономных систем управления ракетными и космическими комплексами. Выходец из школы точной механики ЦАГИ и МВТУ им. Баумана, он с 1946 года входил в Совет главных конструкторов С. П. Королёва и руководил НИИ-885 (НИИАП). Под его началом были созданы инерциальные и бортовые вычислительные системы для межконтинентальной ракеты Р-7, выведшей в космос первый спутник и Ю. А. Гагарина, носителя «Протон», лунных станций и системы «Энергия» — «Буран».

Фотопортрет академика Николая Алексеевича Пилюгина, 1975 год
Академик Николай Алексеевич Пилюгин (1975, Главархив Москвы) Иллюстрация: Главархив Москвы, CC BY 4.0

Происхождение, среда и становление

Николай Алексеевич Пилюгин родился 5 (18) мая 1908 года в Красном Селе под Санкт-Петербургом в семье военнослужащего. Его юность пришлась на эпоху раннесоветской индустриализации, когда главным социальным и интеллектуальным лифтом страны становились авиационные институты и опытные заводы. Окончив в 1926 году девятилетнюю школу в Москве, восемнадцатилетний юноша поступил учеником слесаря в экспериментальные мастерские Центрального аэрогидродинамического института (ЦАГИ), где быстро вырос в уникального файнмеханика — мастера тончайшей лабораторной и бортовой измерительной аппаратуры. Собственноручная сборка часовых механизмов, чувствительных мембран и гироскопических узлов сформировала редкий для будущего теоретика управления инженерный почерк: на протяжении всей жизни Пилюгин оценивал любую математическую схему не отвлечённо, а сквозь призму технологичности детали, трения в опорах и поведения прибора при вибрациях.

Исключительное конструкторское дарование молодого механика заметил руководитель опытного самолётостроения А. Н. Туполев, по личному ходатайству которого Пилюгин в 1930 году был направлен на учёбу в Московское высшее техническое училище имени Н. Э. Баумана. Уже дипломным проектом выпускника в 1935 году стал оригинальный двухстепенной гироскопический самописец угловых скоростей самолёта в штопоре («Жирограф»), немедленно принятый в лётную практику. Работая в предвоенные и военные годы в ЦАГИ, а с 1941 года — начальником лаборатории в только что созданном Лётно-испытательном институте (ЛИИ) в Жуковском, он конструировал комплекс автономных бортовых регистраторов для испытаний боевых и рекордных машин, поднимаясь в воздух вместе с ведущими лётчиками-испытателями страны во главе с М. М. Громовым и защитив в 1943 году кандидатскую диссертацию.

Крутой поворот от авиационной измерительной техники к ракетостроению произошёл в 1944–1945 годах, когда Пилюгина перевели в реактивный НИИ-1, а сразу после Победы командировали в советскую зону оккупации Германии — в тюрингский институт «Рабе» в Бляйхероде. Здесь сложилось историческое содружество с С. П. Королёвым, В. П. Глушко, Б. Е. Чертоком, М. С. Рязанским и В. И. Кузнецовым: немецкая документация по системе наведения тяжёлой баллистической ракеты А-4 (Фау-2) была вывезена американцами вместе с группой В. фон Брауна, и группе Пилюгина и Чертока пришлось методом инженерной археологии по обгорелым обломкам реконструировать физическую логику гироскопических приборов, интеграторов продольных ускорений и рулевых машинок немецкого снаряда.

Ключевые свершения, труды и историческая роль

Постановлением Совета Министров СССР от 13 мая 1946 года, положившим начало отечественной ракетно-космической отрасли, в Москве был образован специализированный НИИ-885, где по прямому предложению С. П. Королёва тридцативосьмилетний Пилюгин занял пост главного конструктора автономных систем управления (бок о бок с главным конструктором радиосистем М. С. Рязанским) и вошёл в знаменитый неформальный Совет главных конструкторов. Если двигателисты В. П. Глушко создавали «сердце» ракеты, а ОКБ-1 Королёва — её корпус и общую компоновку, то институт Пилюгина отвечал за «мозг и нервную систему» носителя, удерживающие неустойчивую многотонную конструкцию на заданной баллистической кривой при чудовищных акустических и тепловых перегрузках. Пройдя этап освоения отечественной элементной базы на ракетах Р-1 и Р-2, коллектив Пилюгина обеспечил надёжное наведение ракеты Р-5М (совершившей в феврале 1956 года первый в СССР пуск со штатным ядерным зарядом) и совершил качественный рывок при создании первой в мире двухступенчатой межконтинентальной баллистической ракеты Р-7 («семёрки», 1957).

Для пакетной схемы Р-7 Пилюгин разработал сложнейшую комбинированную систему управления: помимо угловой стабилизации упругого корпуса с четырьмя боковыми блоками и рулевыми камерами, его автоматы синхронного опорожнения баков (СОБ) и регулирования кажущейся скорости свели к минимуму гарантийные остатки топлива и разброс импульса после выключения двигателей. Именно эта система управления обеспечила 4 октября 1957 года вывод на расчётную орбиту Первого искусственного спутника Земли, а 12 апреля 1961 года — безупречный старт и полёт корабля «Восток» с Ю. А. Гагариным. В 1963 году возглавляемое Пилюгиным направление выделилось в самостоятельный Научно-исследовательский институт автоматики и приборостроения (НИИАП), превратившийся в головной научно-производственный центр страны по инерциальной навигации и бортовой кибернетике.

В 1960–1970-е годы школа академика Пилюгина осуществила фундаментальный технологический переход от аналоговых счётно-решающих приборов к трёхосным гиростабилизированным платформам высокой точности и специализированным бортовым цифровым вычислительным машинам (БЦВМ) с аппаратно-программным резервированием. Учитывая несовершенство ранних советских полупроводниковых элементов в условиях космической радиации, Пилюгин внедрил принцип троирования вычислительных каналов с мажоритарной («голосующей») логикой, позволявший системе мгновенно отсекать сбойный процессор без прерывания управления полётом. На этой базе были созданы системы управления тяжёлой ракеты-носителя «Протон» (УР-500К В. Н. Челомея), стратегических межконтинентальных ракет Р-9А, УР-100 и твердотопливной РТ-2, а также автоматических межпланетных станций нового поколения, впервые в истории осуществивших мягкую посадку на Луну («Луна-9», 1966), автоматический забор лунного грунта, доставку самоходных аппаратов «Луноход» и посадки спускаемых модулей на Венеру и Марс. Венцом его конструкторской мысли стала единая многомашинная цифровая архитектура управления и диагностики сверхтяжёлой ракеты-носителя «Энергия» и орбитального корабля многоразового использования «Буран», рассчитанная на полностью беспилотное маневрирование и посадку крылатого аппарата.

Переломные решения, конфликты и драма эпохи

За закрытыми указами о присуждении двух звёзд Героя Социалистического Труда (1956 и 1961) и Ленинской премии (1957) стояла полная драматического напряжения жизнь абсолютно засекреченного руководителя оборонной науки, чья фамилия десятилетиями не могла появиться в открытой печати даже под некрологами соратников. Внутри самой ракетно-космической корпорации Пилюгину приходилось вести жёсткую концептуальную борьбу за полную автономность систем наведения боевых ракет. На раннем этапе точность попадания на межконтинентальных дальностях достигалась с помощью громоздких наземных пунктов радиокоррекции, однако Пилюгин настойчиво доказывал военному руководству и коллегам-радиотехникам уязвимость радиоканалов перед помехами и диверсиями противника, добившись перевода стратегических носителей на чисто автономное гироинерциальное управление.

Серьёзным институциональным испытанием стал рубеж 1959–1960 годов, когда лавинообразный рост заказов от соперничавших между собой ОКБ С. П. Королёва, В. Н. Челомея и днепропетровского ОКБ-586 М. К. Янгеля привёл к острому конфликту приоритетов. Отказ перегруженного московского института Пилюгина форсировать на чужих условиях всю линейку боевых ракет Янгеля побудил последнего при поддержке Д. Ф. Устинова создать в Харькове альтернативный центр систем ракетного управления (ОКБ-692, будущий «Хартрон» под руководством Б. М. Коноплёва и В. Г. Сергеева). Эта вынужденная демонополизация лишила НИИАП единовластия в стратегических ракетных войсках, но породила напряжённое научно-техническое соревнование двух конструкторских школ за весовое совершенство БЦВМ и предельную точность стрельбы.

Глубочайшей профессиональной драмой в биографии учёного стала советская лунная эпопея конца 1960-х — начала 1970-х годов вокруг сверхтяжёлого носителя Н-1 после безвременной кончины С. П. Королёва (1966). На первой ступени гигантской ракеты стояли сразу тридцать жидкостных двигателей Н. Д. Кузнецова, не проходивших полноразмерных огневых стендовых испытаний в связке; всю ответственность за парирование их отказов в полёте возложили на разработанную в НИИАП систему контроля и отключения двигателей КОРД. Четыре аварийных пуска Н-1 в 1969–1972 годах, сопровождавшиеся взрывами турбонасосных агрегатов, ударными волнами и неуправляемым вращением носителя, выявили трагический предел возможностей тогдашней аналого-релейной автоматики спасти конструктивно недоведённую двигательную установку, а закрытие почти доведённого проекта в 1974 году новым главой НПО «Энергия» В. П. Глушко стоило Пилюгину огромного душевного надлома. Как и другие патриархи советского военно-промышленного комплекса (депутат Верховного Совета СССР четырёх созывов), он разделял жёсткие политические правила системы: в 1975 году подпись академика Пилюгина стояла в числе семидесяти двух членов АН СССР под коллективным заявлением с осуждением присуждения Нобелевской премии мира А. Д. Сахарову — дань идеологической дисциплине, которой оплачивалась бесперебойная государственная поддержка многомиллиардной программы «Энергия» — «Буран».

Наследие, влияние и оценки в историографии

Николай Алексеевич Пилюгин скончался в Москве 2 августа 1982 года, за пять лет до первого старта ракеты «Энергия» (1987) и за шесть лет до триумфа 15 ноября 1988 года, когда орбитальный корабль «Буран», управляемый созданным по его замыслу бортовым вычислительным комплексом и алгоритмическим обеспечением школы НИИАП, совершил двухвитковый космический полёт и при сильном боковом ветре с ювелирной точностью сел в полностью автоматическом режиме на полосу аэродрома «Юбилейный» на Байконуре. Созданный им институт получил имя Научно-производственного центра автоматики и приборостроения (НПЦАП) имени академика Н. А. Пилюгина, продолжая создавать системы управления для носителей семейств «Протон-М», «Союз», «Ангара» и разгонных блоков «Фрегат». Основанные учёным базовые кафедры в МВТУ имени Н. Э. Баумана и МИРЭА воспитали несколько поколений специалистов по теории навигации, оптимальному управлению и надёжности алгоритмов (включая создателей визуального алгоритмического языка ДРАКОН, выросшего из практики программирования «Бурана» под руководством ученика и преемника Пилюгина В. Л. Лапыгина).

В историографии космонавтики фигура Пилюгина долгое время оставалась в тени вынужденной анонимности. В советской печати 1960–1980-х годов даже после его смерти конкретные технические коллизии создания систем управления ракет Р-7, УР-100 или лунного носителя Н-1 не подлежали открытому анализу, из-за чего и в массовой литературе, и в ранней западной советологии история советской космической программы сводилась почти исключительно к единоличному руководству С. П. Королёва и двигателям В. П. Глушко.

Полноценное возвращение Пилюгина в научную историю началось в 1990–2000-е годы после рассекречивания архивов ракетной отрасли, выхода четырёхтомного труда ближайшего соратника Б. Е. Чертока «Ракеты и люди», документальных исследований Я. К. Голованова, В. Л. Лапыгина и фундаментальных работ американского историка космонавтики Асифа Сиддики. Современная историография техники подчёркивает, что Совет главных конструкторов функционировал как уникальная горизонтальная коалиция равновеликих системных лидеров, где слово ироничного, предельно прагматичного и независимого Пилюгина нередко оказывалось решающим. Историки науки особо выделяют системный парадокс его школы: работая в условиях хронического отставания советской промышленной микроэлектроники по плотности интеграции и весу чипов от американских программ «Аполлон» и «Спейс шаттл», коллектив Пилюгина сумел компенсировать аппаратный дефицит выдающейся культурой прецизионной гироскопии, мажоритарного резервирования и математической строгости алгоритмов, подарив мировой космонавтике эталонные образцы полностью автоматического беспилотного полёта.

Хронология ключевых этапов

Дата / этап Событие Историческое пояснение
1926–1935 Школа точной механики ЦАГИ и МВТУ им. Н. Э. Баумана Работал слесарем и файнмехаником в ЦАГИ, по направлению А. Н. Туполева окончил МВТУ с дипломным проектом авиационного прибора «Жирограф».
1935–1944 Испытательное приборостроение в ЦАГИ, ЛИИ и НИИ-1 Создавал бортовые самописцы для лётных испытаний скоростных самолётов, в 1943 году защитил кандидатскую диссертацию и перешёл к ракетной тематике.
1945–1946 Командировка в Германию и вхождение в Совет главных конструкторов В институте «Рабе» восстановил схему управления ракеты Фау-2, а в 1946 году по предложению С. П. Королёва стал главным конструктором в НИИ-885.
1957–1961 Триумф системы управления ракеты Р-7 в космосе Обеспечил точное выведение на орбиту Первого искусственного спутника Земли (1957) и космического корабля «Восток» с Ю. А. Гагариным (1961).
1963–1966 Создание НИИАП, ракета «Протон» и мягкая посадка на Луну Возглавил самостоятельный НИИ автоматики и приборостроения, разработал управление тяжёлого носителя «Протон» и станции «Луна-9», избран академиком АН СССР.
1969–1974 Лунная программа Н-1 и переход к бортовым цифровым ЭВМ Создал систему управления и диагностики двигателей КОРД для сверхтяжёлой ракеты Н-1 и внедрил троированные отказоустойчивые БЦВМ для межпланетных аппаратов.
1976–1982 Архитектура автоматического управления «Энергия» — «Буран» Заложил единый многомашинный цифровой комплекс управления сверхтяжёлой ракеты «Энергия» и беспилотной посадки орбитального корабля «Буран».

Жизнь и творчество на фоне истории

Сопоставление ключевых вех биографии (Николай Алексеевич Пилюгин) с мировыми и отечественными событиями, сражениями и технологическими переломами эпохи.

Личная веха Исторический фон эпохи
1908 г.рождение
Личная веха Рождение: Николай Алексеевич Пилюгин
1917 н.э.9 лет
1926–193518 лет
Веха жизни Школа точной механики ЦАГИ и МВТУ им. Н. Э. Баумана — Работал слесарем и файнмехаником в ЦАГИ, по направлению А. Н. Туполева окончил МВТУ с дипломным проектом авиационного прибора «Жирограф».
1935–194427 лет
Веха жизни Испытательное приборостроение в ЦАГИ, ЛИИ и НИИ-1 — Создавал бортовые самописцы для лётных испытаний скоростных самолётов, в 1943 году защитил кандидатскую диссертацию и перешёл к ракетной тематике.
1945–194637 лет
Веха жизни Командировка в Германию и вхождение в Совет главных конструкторов
1957–196149 лет
Веха жизни Триумф системы управления ракеты Р-7 в космосе — Обеспечил точное выведение на орбиту Первого искусственного спутника Земли (1957) и космического корабля «Восток» с Ю. А. Гагариным (1961).
4 октября 1957 года49 лет
1963–196655 лет
Веха жизни Создание НИИАП, ракета «Протон» и мягкая посадка на Луну — Возглавил самостоятельный НИИ автоматики и приборостроения, разработал управление тяжёлого носителя «Протон» и станции «Луна-9», избран академиком АН СССР.
1969–197461 год
Веха жизни Лунная программа Н-1 и переход к бортовым цифровым ЭВМ — Создал систему управления и диагностики двигателей КОРД для сверхтяжёлой ракеты Н-1 и внедрил троированные отказоустойчивые БЦВМ для межпланетных аппаратов.
1976–198268 лет
Веха жизни Архитектура автоматического управления «Энергия» — «Буран» — Заложил единый многомашинный цифровой комплекс управления сверхтяжёлой ракеты «Энергия» и беспилотной посадки орбитального корабля «Буран».
1982 г.74 года
Личная веха Кончина: Николай Алексеевич Пилюгин

Цепочка влияния: причины и последствия

Исторический «эффект домино» — какие предпосылки вызвали это событие или явление и к каким переменам оно привело.

Что привело к этому (истоки и предпосылки)

Личность1888–1972Формирующее влияние

Андрей Николаевич Туполев

Работа механиком точных приборов в ЦАГИ и направление от А. Н. Туполева в МВТУ имени Баумана в 1930 году определили формирование Пилюгина как конструктора авиационной и ракетной автоматики.

Личность1921–2014Формирующее влияние

Сергей Павлович Непобедимый

Совместная работа с С. П. Королёвым в Германии в 1945–1946 годах и приглашение в Совет главных конструкторов сделали Пилюгина бессменным создателем систем управления советских ракет-носителей.

К чему это привело дальше (последствия)

Событие4 октября 1957 годаТехнологический катализатор

Запуск первого искусственного спутника Земли

Разработанная в НИИ-885 под руководством Пилюгина система управления двухступенчатой ракеты Р-7 обеспечила точное выведение на орбиту Первого искусственного спутника Земли 4 октября 1957 года.

Государства и ключевые связи в графе

Связанные личности, технологии, места и понятия

Личность Андрей Николаевич Туполев 1888–1972 — Формирующее влияние
Личность Сергей Павлович Непобедимый 1921–2014 — Формирующее влияние

Связанные события энциклопедии

4 октября 1957 года Технологический катализатор

Запуск первого искусственного спутника Земли

4 октября 1957 года в 19:28:34 по всемирному времени (5 октября в 00:28:34 по московскому времени) с полигона Тюра-Там (Байконур) ракетой-носителем Р-7 был выведен на орбиту п

Известные современники

Выдающиеся деятели науки, искусства, политики и техники, чья жизнь пересекалась с эпохой героя статьи.

1889–1977

Чарли Чаплин

актёр, режиссёр и композитор («Огни большого города», «Великий диктатор»)

Частые вопросы и ответы

Какую роль играл Н. А. Пилюгин в королёвском Совете главных конструкторов?
С 1946 года Пилюгин входил в «большую шестёрку» Совета главных конструкторов С. П. Королёва и отвечал в НИИ-885 (затем НИИАП) за разработку автономных систем управления ракетами — гироскопических приборов стабилизации, автоматов регулирования скорости, синхронизации расхода топлива и бортовых вычислительных машин.
Как авиационный опыт в ЦАГИ и ЛИИ помог Пилюгину в создании космических ракет?
Начав путь файнмехаником в ЦАГИ и создавая в МВТУ и ЛИИ прецизионные гироскопические самописцы («Жирограф») для лётных испытаний самолётов, Пилюгин в совершенстве овладел точной механикой и динамикой полёта. Это позволило ему в 1945–1946 годах быстро реконструировать автоматику немецкой ракеты Фау-2 и перейти к собственным ракетным комплексам.
За какие достижения учёный дважды удостоился звания Героя Социалистического Труда?
Первую Золотую Звезду он получил закрытым указом от 20 апреля 1956 года за создание системы управления ракеты Р-5М — первого советского носителя стратегического ядерного заряда. Второй медали «Серп и Молот» он был удостоен в июне 1961 года за успешное выведение на орбиту первого космонавта планеты Ю. А. Гагарина на ракете Р-7.
Как в системах Пилюгина решалась проблема надёжности ранней бортовой электроники?
Чтобы исключить аварию из-за отказа отдельного транзистора или сбоя памяти в космосе, в НИИАП под руководством Пилюгина внедрили архитектуру троированных бортовых цифровых вычислительных машин с мажоритарной логикой («голосование два из трёх»), которая автоматически распознавала и блокировала неисправный канал без потери управления.
Какое отношение академик Пилюгин имел к автоматической посадке корабля «Буран»?
Хотя сам конструктор скончался в 1982 году, именно он с 1976 года заложил единую цифровую архитектуру комплекса управления ракеты «Энергия» и орбитального корабля «Буран», а также культуру надёжного алгоритмического проектирования в НИИАП, благодаря которой в ноябре 1988 года челнок совершил полностью автоматический полёт и посадку.

Научная литература и источники

  1. Черток Б. Е. Ракеты и люди: в 4 кн. — 2-е изд. — М.: Машиностроение, 1999. — ISBN 5-217-02942-0. [epizodsspace.airbase.ru]
  2. Профиль академика Николая Алексеевича Пилюгина на официальном сайте Российской академии наук. [www.ras.ru]
  3. Пилюгин Николай Алексеевич // ЦАГИ в лицах: биографическая энциклопедия Центрального аэрогидродинамического института им. проф. Н. Е. Жуковского. [www.tsagi.ru]
  4. Черток Б. Е. Главный конструктор систем управления. К 100-летию со дня рождения академика Н. А. Пилюгина // Вестник Российской академии наук. — 2008. — Т. 78, № 5 (Herald of the Russian Academy of Sciences). [link.springer.com]
  5. История кафедры «Приборы и системы ориентации, стабилизации и навигации» (ИУ-2) МГТУ им. Н. Э. Баумана. [web.archive.org]