Происхождение, среда и становление
Виктор Семёнович Абакумов родился 11 (24) апреля 1908 года в Москве в семье чернорабочего Семёна Григорьевича и швеи Виктории Ефремовны. Он окончил четыре класса городского училища; в ноябре 1921 — декабре 1923 года служил добровольцем-санитаром во 2-й Московской бригаде ЧОН, затем работал упаковщиком в Моспромсоюзе и Центросоюзе и стрелком охраны ВСНХ СССР. Карьерный рост открыло рабочее выдвиженчество: вступив в ВЛКСМ (1927) и ВКП(б) (1930), он трудился в системе Наркомторга РСФСР, возглавлял военный отдел Замоскворецкого райкома комсомола и в январе 1932 года был направлен в экономический отдел ОГПУ по Московской области.
Ранние годы в органах госбезопасности едва не оборвали его службу: в 1933 году за нежелание повышать политическую грамотность его перевели из членов в кандидаты ВКП(б), а в 1934 году уволили из экономического управления за использование конспиративных квартир для личных встреч. После трёх лет работы оперуполномоченным в оперативном отделе ГУЛага Абакумов в 1937 году вернулся в центральный аппарат ГУГБ НКВД (в 4-й Особый и 2-й Секретно-политический отделы). Безотказное участие в чистках 1937–1938 годов и назначение Л. П. Берии в конце 1938 года обеспечили ему резкое выдвижение — пост начальника УНКВД по Ростовской области (утверждён в апреле 1939 года).
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Жёсткая активность в Ростовской области (знак «Почётный работник ВЧК-ОГПУ» и орден Красного Знамени в 1940 году) привела Абакумова обратно в Москву: 25 февраля 1941 года он стал заместителем наркома внутренних дел СССР, а 19 июля 1941 года возглавил Управление особых отделов НКВД СССР, отвечавшее за контрразведку в Красной армии. В тяжелейших условиях 1941–1942 годов он соединял фильтрацию прифронтового тыла и борьбу с германской агентурой с репрессивной чисткой командного состава по обвинениям в пораженчестве и измене.
Главным взлётом в военной карьере Абакумова стало назначение 19 апреля 1943 года начальником Главного управления контрразведки «СМЕРШ» НКО СССР (до мая 1943 года он также был заместителем наркома обороны, в июле 1945 года получил звание генерал-полковника и служил уполномоченным НКВД по 3-му Белорусскому фронту). Подчинённый напрямую И. В. Сталину, «Смерш» эффективно противодействовал абверу и немецким диверсионным группам, но одновременно участвовал в карательных операциях, включая депортацию народов Северного Кавказа в 1944 году (ордена Суворова I степени и Кутузова I степени). В мае 1946 года, сфабриковав «авиационное дело» против наркома А. И. Шахурина и главкома ВВС А. А. Новикова, Абакумов сменил В. Н. Меркулова на посту министра государственной безопасности СССР и руководил крупнейшими послевоенными процессами: «Ленинградским делом» (1949–1950), убийством С. М. Михоэлса (1948) и разгромом Еврейского антифашистского комитета, докладной об аресте А. А. Ахматовой (1950) и операцией «Север» по выселению верующих в апреле 1951 года.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Выдвижение Абакумова отражало политику Сталина по сдерживанию монополии Л. П. Берии. Ежедневные личные сводки вождю о поведении военачальников и партийных руководителей сделали министра МГБ фигурой, наводившей страх на весь силовой аппарат: по свидетельству И. А. Серова, вражда между МГБ и МВД доводила сотрудников до боязни здороваться при встрече. В 1947 году Абакумов в докладе Сталину официально регламентировал строгий карцерный режим с урезанным пайком и «меры физического воздействия» к подследственным со ссылкой на директиву ЦК 1939 года.
Однако аппаратное всесилие обернулось падением в начале 1951 года. После гибели на следствии врача Я. Г. Этингера подполковник МГБ М. Д. Рюмин выдвинул версию об убийстве врачами А. С. Щербакова. Когда Абакумов и его заместитель М. Т. Лихачёв усомнились в версии следователя, Рюмин при поддержке Г. М. Маленкова направил Сталину донос о срыве расследования. Постановлением ЦК от 11 июля 1951 года министр был снят, а 12 июля арестован по обвинению в измене, «сионистском заговоре в МГБ» и торможении «дела врачей». Несмотря на три месяца в холодном карцере Лефортова в кандалах и пытки, Абакумов не признал вину в сговоре с медиками. После смерти Сталина в 1953 году «дело врачей» закрыли, однако новое руководство во главе с Н. С. Хрущёвым переквалифицировало дело бывшего министра на фабрикацию «Ленинградского дела» и соучастие в преступлениях Берии.
Наследие, влияние и оценки в историографии
На закрытом процессе Военной коллегии Верховного суда СССР в Ленинграде в декабре 1954 года Абакумов отверг обвинение в измене, ссылаясь на исполнение указаний высшего руководства; 19 декабря 1954 года он был приговорён к смертной казни и расстрелян на Левашовской пустоши, а в ноябре 1955 года лишён звания и всех наград. Историки спецслужб и мемуаристы оценивают его наследие неоднозначно: П. А. Судоплатов и военные историки отмечают высокую оперативную эффективность «Смерша» в годы войны и стойкость Абакумова на следствии 1951–1953 годов, облегчившую освобождение врачей после смерти Сталина, тогда как исследования Н. В. Петрова, Г. В. Костырченко и архивные публикации документируют его личную ответственность за пытки и сфабрикованные расправы.
Правовую оценку его деятельности подвели суды Российской Федерации: 28 июля 1994 года Военная коллегия Верховного суда исключила обвинения в контрреволюционных преступлениях и измене Родине, переквалифицировав дело на воинские должностные преступления (ст. 193-17 «б» УК РСФСР), а 17 декабря 1997 года Президиум Верховного суда заменил расстрел 25 годами лагерей, прямо указав на виновность Абакумова в систематическом злоупотреблении властью и отказав в реабилитации.
