Происхождение, среда и становление
Булат Шалвович Окуджава родился 9 мая 1924 года в Москве в семье кавказских большевиков, приехавших из Тифлиса для учёбы в Коммунистической академии. Отец Шалва Степанович Окуджава был видным партийным работником, а мать Ашхен Степановна Налбандян состояла в родстве с армянским поэтом Вааном Терьяном. Детство Булата прошло между Москвой, Тифлисом и Нижним Тагилом, куда отец был переведён при поддержке Серго Орджоникидзе после конфликта с Лаврентием Берией. Решающий перелом наступил в годы Большого террора: в 1937 году отца арестовали по «троцкистскому делу» на Уралвагонстрое и расстреляли 4 августа вместе с двумя братьями. Ещё в феврале 1937 года Булат с матерью перебрался в арбатскую коммуналку (дом 43), но в 1938–1939 годах мать сослали в Карлаг, а в 1941 году под Орлом расстреляли тётю Ольгу Окуджаву. Юноша уехал к родным в Тбилиси, где работал учеником токаря.
Добиваясь досрочного призыва с весны 1942 года, в августе восемнадцатилетний Окуджава добровольно ушёл на фронт. С октября он воевал миномётчиком на Закавказском фронте, 16 декабря был ранен под Моздоком, затем служил радистом в 126-й гаубичной артбригаде до демобилизации в марте 1944 года. На войне родились его первые стихи и песня «Нам в холодных теплушках не спалось». Окончив филологический факультет Тбилисского университета (1945–1950), Окуджава преподавал в сёлах Шамордино и Высокиничи и в Калуге, где в 1956 году выпустил дебютную книгу «Лирика».
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Возвращение в Москву в 1956 году после XX съезда КПСС и реабилитации родителей совпало с культурным подъёмом оттепели. Работая в издательстве «Молодая гвардия» и отделе поэзии «Литературной газеты» (до 1961 года), Окуджава начал петь стихи под семиструнную гитару с простым арпеджированным перебором. Соединив интонации русского городского романса и французского шансона (прежде всего Жоржа Брассенса), он выступил одним из основоположников жанра авторской песни — движения, создавшего независимую культурную среду внутри СССР.
Около двухсот песен Окуджавы, мгновенно расходившихся на магнитофонных плёнках («Сентиментальный марш», «Полночный троллейбус», «Молитва Франсуа Вийона», «Возьмёмся за руки, друзья…»), образовали поэтический миф старого Арбата. Владимир Набоков процитировал его строку в романе «Ада», а Владимир Высоцкий называл Окуджаву своим духовным учителем. С 1961 года (первый официальный вечер в Харькове) его песни вошли в более чем 80 кинофильмов — от марша «Нам нужна одна победа» в «Белорусском вокзале» (оркестровка Альфреда Шнитке) до знаменитого соавторства с Исааком Шварцем («Ваше благородие», «Кавалергарда», «Белое солнце пустыни», «Звезда пленительного счастья»).
Параллельно Окуджава стал ведущим мастером антигероической и исторической прозы: повесть «Будь здоров, школяр» в «Тарусских страницах» (1961) показала войну глазами вчерашнего школьника, а романы «Бедный Авросимов» (1969), «Похождения Шипова» (1971), «Путешествие дилетантов» (1976–1978) и «Свидание с Бонапартом» (1983) исследовали драму русского интеллигента перед лицом полицейской власти XIX века.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
В отношениях с советской системой Окуджава прошёл путь от оттепельного партийного идеализма к жёсткому разрыву. Принятый в КПСС в 1956 году и в Союз писателей СССР в 1962 году, он тем не менее два десятилетия был отрезан от отечественной грамзаписи: первые пластинки вышли в Париже на фирме Le Chant du Monde (1968, Le Soldat en Papier) и в Польше, тогда как первый советский диск-гигант появился только в 1976 году. Он поддерживал опальных коллег, печатая под своим именем труды Льва Копелева и переводы Юлия Даниэля. Летом 1972 года публикация подборки его произведений в эмигрантском издательстве «Посев» вызвала попытку парткома Союза писателей исключить Окуджаву из партии и союза; исключения удалось избежать ценой вынужденного письма в «Литературной газете». Позже критик Владимир Бушин («Москва», 1979) обрушился с нападками на исторические романы писателя.
В перестройку Окуджава вышел из КПСС (1989), выступил соучредителем русского ПЕН-центра и членом Совета общества «Мемориал», вошёл в президентскую Комиссию по помилованиям. В октябре 1993 года он подписал «письмо сорока двух» с требованием жёстких мер против Верховного Совета, о чём впоследствии горько сожалел («бес попутал»), а в 1995–1996 годах резко осуждал войну в Чечне, породив острую общественную полемику. После тяжёлых личных потерь (смерть первой жены Галины в 1965 году и сына Игоря в январе 1997 года) поэт скончался 12 июня 1997 года в Кламаре под Парижем и был похоронен на Ваганьковском кладбище.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Историко-культурная миссия Окуджавы заключалась в реабилитации тихого частного голоса и интеллигентской солидарности в противовес казённой риторике. Песни арбатского барда и магнитиздат сформировали феномен слётов КСП и подготовили почву не только для плеяды бардов (Высоцкий, Александр Галич, Юрий Визбор), но и для поэтической ветви русского рока (о чём свидетельствует трибьют Бориса Гребенщикова 1999 года).
В литературоведении и биографистике (Лев Аннинский, Дмитрий Быков, Анатолий Кулагин, Андрей Крылов) отмечается сложная диалектика его взгляда: в прозе XIX столетия (включая «Упразднённый театр», премию «Русский Букер» 1994 года) он прослеживал корни несвободы и переосмыслял травму сталинизма. Лауреат «Золотого венца» (1967), «Золотой гитары» в Сан-Ремо (1985), премии Сахарова и Государственной премии СССР (1991), Окуджава увековечен музеем в Переделкине, памятником Георгия Франгуляна на Арбате (2002), центром «Дом Окуджавы» в Нижнем Тагиле и астероидом (3149).
