Происхождение, среда и становление
Эдуард Гиббон родился 8 мая 1737 года в Патни (графство Суррей) в обеспеченной джентльменской семье: его дед восстановил состояние после краха Компании Южных морей (1720), а пятеро братьев и сестра умерли во младенчестве. Хилого мальчика после ранней смерти матери воспитала тётка Кэтрин Портен при Вестминстерской школе, привив ему страсть к чтению: уже к четырнадцати годам Гиббон прочёл труды Лоуренса Эчарда, тома «Всеобщей истории» Уильяма Хауэлла и в 16 лет пробовал сочинить «Век Сезостриса».
Поступив в 1752 году в Магдален-колледж Оксфорда, юноша погрузился в богословскую полемику под влиянием книг епископа Жака-Бениня Боссюэ («История различных протестантских церквей»), иезуита Роберта Парсонса и, по его поздним «Мемуарам», Коньерса Мидлтона (хотя исследователь Дэвид Уомерсли ставит под сомнение роль Мидлтона) и 8 июня 1753 года тайно перешёл в католичество. Разгневанный отец удалил сына из университета и под угрозой лишения наследства отправил в Лозанну к кальвинистскому пастору Даниелю Павильяру. За пять швейцарских лет Гиббон в декабре 1754 года вернулся в протестантизм, овладел французским языком и сблизился с кругом энциклопедистов, а также завёл дружбу всей жизни с Жаком Жоржем Дейвердюном и Джоном Бейкером Холройдом (лордом Шеффилдом). По приказу отца ему пришлось разорвать роман с Сюзанной Кюршо (будущей женой Жака Неккера и матерью мадам де Сталь): «Я вздохнул как любовник, я повиновался как сын».
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Вернувшись в Англию в 1758 году, Гиббон дебютировал на французском языке книгой «Опыт об изучении литературы» (1761) и в 1759–1762 годах служил капитаном Южно-Гэмпширской милиции, набранной по случаю Семилетней войны (до 1770 года оставаясь подполковником полка). По его словам, строевая подготовка помогла ему понять механику легионов, и «капитан гэмпширских гренадеров оказался небесполезен для историка Римской империи» — прежде всего при описании войн Юлиана, Велизария и Нарсеса.
После неудачных ранних опытов («История Швейцарии», «Литературные мемуары Великобритании») и смерти отца (1770) Гиббон обосновался в Лондоне, вступил в Литературный клуб Сэмюэла Джонсона, стал почётным профессором древней истории Королевской академии и с 1774 по 1783 год молчаливо заседал в Палате общин (сначала от Лискирда при поддержке Эдварда Элиота, затем от Лимингтона) на стороне лорда Норта, получив в 1779 году синекуру в Совете по торговле. Главный труд его жизни — шеститомная «История упадка и разрушения Римской империи» (т. I — 1776, II–III — 1781, IV–VI — май 1788) — изначально замышлялся до 476 года, но был доведён до гибели Константинополя в 1453 году. Усвоив институциональный анализ Шарля де Монтескьё и критически сверяя античные и средневековые первоисточники в печатных изданиях, Гиббон создал грандиозный синтез, снискавший восторг Адама Смита, Уильяма Робертсона и Хораса Уолпола.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Решающий творческий перелом связан с поездкой в Рим в 1764 году. В мемуарах Гиббон описал эту минуту так: «15 октября 1764 года, — пишет Гиббон, — сидя на развалинах Капитолия, я углубился в мечты о величии древнего Рима, а в это же время у ног моих босоногие католические монахи пели вечерню на развалинах храма Юпитера: в эту-то минуту во мне блеснула в первый раз мысль написать историю падения и разрушения Рима» (хотя современные исследователи Дж. Покок и Дэвид Уомерсли считают точную дату более поздней литературной стилизацией).
Острейшая полемика вспыхнула вокруг XV и XVI глав I тома (1776), где историк объяснил победу христианства в Риме пятью земными «вторичными причинами» — нетерпимой ревностью общин, верой в чудеса, учением о загробном воздаянии, строгой моралью и церковной дисциплиной. Под давлением гневных отповедей клириков и критиков (от Джозефа Пристли и Ричарда Уотсона до Генри Эдвардса Дэвиса) и запрета книги в ряде стран Гиббон в 1779 году выпустил брошюру «В оправдание...». При этом в отличие от Вольтера он изображал Юлиана Отступника не философом-рационалистом, а носителем отжившего языческого тщеславия. В политике Гиббон придерживался консерватизма: поддерживал корону против американских колоний, а переселившись в 1783 году в Лозанну к Дейвердюну и завершив труд в садовом павильоне ночью 27 июня 1787 года, с тревогой отвергал Французскую революцию. Возвратившись в Англию поддержать овдовевшего лорда Шеффилда, историк умер 16 января 1794 года от перитонита после операций по поводу хронического гидроцеле; его шеститысячную библиотеку приобрёл с аукциона Уильям Бекфорд.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Оценивая Средневековье формулой «Я описал торжество варварства и религии», Гиббон в то же время не сводил крах Рима только к церкви: вслед за Полибием он видел его корни в роскоши и разложении воинской доблести ещё до IV века. Российский антиковед Э. Д. Фролов отмечал, что в объяснении внутреннего упадка Рима новейшая наука «по сути дела... не вышла за их пределы», однако резко оспаривал вторую половину труда, где Византия представлена эпохой тысячелетнего застоя, а роль христианства — односторонне разрушительной. Современная историография признаёт Византию самобытной цивилизацией и указывает на антииудейскую предвзятость некоторых страниц книги.
Тем не менее проза и метод Гиббона определили облик современной историографии и литературы — от ритма исторических трудов Уинстона Черчилля до фантастической саги Айзека Азимова «Основание» и романа Ивлина Во «Елена» (1950). В России сокращённый перевод вышел уже в 1824 году, а классический семичастный перевод профессора В. Н. Неведомского (1883–1886, издание Солдатёнкова) переиздан Российской академией наук в 1997–2000 годах с очерком Франсуа Гизо.
