Происхождение, среда и становление
Василий Иванович Суриков родился 12 (24) января 1848 года в Красноярске и принадлежал к старинному сибирскому казачьему сословию: его дед служил сотником в Туруханске, двоюродный дед Александр Суриков был атаманом Енисейского казачьего полка, а предки участвовали в Красноярской шатости 1695–1698 годов. После ранней смерти отца, коллежского регистратора Ивана Васильевича (1859), мать Прасковья Фёдоровна (урождённая Торгошина) вернулась с детьми из села Сухой Бузим в Красноярск и выживала сдачей второго этажа дома внаём.
Уроки рисования в уездном училище юноше давал Н. В. Гребнёв (ранняя известная акварель — «Плоты на Енисее», 1862), но из-за бедности Василий пошёл служить писцом в губернское управление. Там его рисунки заметил енисейский губернатор П. Н. Замятнин и нашёл мецената — золотопромышленника П. И. Кузнецова, оплатившего его отъезд в Санкт-Петербург в декабре 1868 года. Занимаясь летом 1869 года в Рисовальной школе Общества поощрения художников, осенью Суриков поступил в Императорскую Академию художеств.
За годы учёбы в Академии (1869–1875) под руководством П. П. Чистякова, Б. П. Виллевальде и П. М. Шамшина сибиряк получил четыре серебряные медали, малую золотую медаль за «Милосердного самаритянина» (1874) и прозвище «Композитор» за глубину построения сцен. Однако в 1875 году академический совет отказал ему и трём другим конкурсантам в большой золотой медали за программу «Апостол Павел объясняет догматы веры», выпустив Сурикова без права на заграничную поездку в звании классного художника первой степени.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Перелом принес заказ на четыре фрески Вселенских соборов для московского храма Христа Спасителя (удостоенный в 1883 году ордена Святой Анны 3-й степени). Переехав в 1877 году в Москву и женившись в январе 1878 года на Елизавете Августовне Шаре (родственнице декабриста П. Н. Свистунова), Суриков нашёл в Кремле и старых улицах живой материал для своей главной темы — трагических сломов национальной истории, переживаемых народом.
Историческая трилогия 1880-х годов перевернула русскую живопись. Полотно «Утро стрелецкой казни» (1878–1881) привело художника в Товарищество передвижников (1881); «Меншиков в Берёзове» (1883) был куплен П. М. Третьяковым и открыл автору путь в музеи Европы; «Боярыня Морозова» (1881–1887) поразила зрителей XV Передвижной выставки масштабной хоровой композицией. Отвергнув деление картины на героя-одиночку и пассивный фон, Суриков выстроил драму раскола и петровских реформ из ярких индивидуальных характеров, найденных среди сибирских земляков — от тётки А. В. Торгошиной до бывшего дьяка В. С. Закоурцева и случайных странников.
В 1890-е годы, совершая длительные этюдные экспедиции на Обь, в Хакасию, на Дон и в Швейцарию, мастер создал героико-эпические полотна «Покорение Сибири Ермаком Тимофеевичем» (1891–1895, принёсшее ему звания действительного члена ИАХ в 1893 и академика в 1895 годах) и «Переход Суворова через Альпы» (1895–1899, приобретённое Николаем II). Среди других ключевых картин — «Взятие снежного городка» (1891, бронзовая медаль в Париже в 1900 году), «Степан Разин» (1900–1910) и «Посещение царевной женского монастыря» (1908–1912), навеянное трудом историка И. Е. Забелина.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Признание пришло к Сурикову через постоянное сопротивление эстетическим догмам. Отвергнув чиновничий и академический Петербург ради Москвы, художник столкнулся с враждебностью столичной критики: его многоцветные, плотно заселённые полотна упрекали в «скученности», «каше» лиц и презрительно называли «парчовыми коврами». С течением времени ему стало тесно и в догматике поздних передвижников — в 1907 году он покинул ТПХВ и вошёл в Союз русских художников.
Роковым рубежом личной жизни стала кончина супруги Елизаветы Августовны в апреле 1888 года от порока сердца. Пережить глубокий творческий паралич художнику помог младший брат Александр Иванович, убедивший его в 1889 году увезти дочерей в родной Красноярск. Там, восстановив во дворе усадьбы сибирскую масленичную забаву с участием крестьян Базаихи, Суриков написал самое жизнерадостное своё полотно — «Взятие снежного городка».
Внутренняя драма утраты преобразила и долго зревший замысел «Степана Разина». Если на эскизе 1887 года казачья флотилия плыла вокруг персидской княжны, наделённой чертами жены художника, то в окончательной версии 1900-х годов исчезли и флотилия, и женский образ: в единственном челне атаман погружён в глухое одиночество и тяжкую думу. Современники отмечали портретное сходство Разина с самим мастером, переписывавшим лицо героя даже после продажи картины в 1907 году. Неосуществлённым остался его замысел «Красноярский бунт 1695 года» о судьбе собственных предков.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Живописное новаторство Сурикова получило неожиданное истолкование на рубеже веков. Главные оппоненты передвижнической публицистики из круга «Мира искусства» — прежде всего Александр Бенуа и поэт Максимилиан Волошин — увидели в «парчовых коврах» Сурикова не недостаток, а глубоко национальную декоративную систему, напрямую связанную с древнерусскими живописными традициями. Непосредственным преемником колористического темперамента мастера стал его зять Пётр Кончаловский (сопровождавший Сурикова в Испанию в 1910 году), а в родном Красноярске по инициативе художника и архитектора Л. А. Чернышёва в 1910 году открылась рисовальная школа.
В последующей отечественной историографии (труды В. С. Кеменова, С. Н. Гольдштейн, М. М. Алленова, мемуары Я. Д. Минченкова и книга внучки Н. П. Кончаловской) Суриков закрепился как реформатор исторического жанра, равновеликий Л. Н. Толстому и М. П. Мусоргскому по чувству народной стихии и перламутровой чистоте живописного колорита. К столетнему юбилею в 1948 году имя художника было присвоено Московскому художественному институту, а в Красноярске открылся Музей-усадьба, в создании коллекции которого решающую роль сыграл его брат Александр; в честь живописца названы кратер на Меркурии и астероид (2965) Суриков.
