Происхождение, среда и становление
Александр Артурович Роу родился 24 февраля (9 марта) 1906 года в Москве — или, по другим данным, в Юрьевце Костромской губернии. Его отец, ирландский инженер-мукомол Артур Уильям Роу, в 1905 году приехал по контракту в Российскую империю налаживать мукомольное производство и женился на гречанке Юлии Карагеоргий; из-за потрясений Первой русской революции он отправил семью в Юрьевец, а в 1914 году вернулся в Ирландию. Переехав с больной матерью в Сергиев Посад, подросток рано начал зарабатывать торговлей изделиями местных кустарей и с детства впитал мир народной игрушки, ярмарки и резьбы по дереву.
После семилетки и промышленно-экономического техникума юноша в 1921 году возглавил самодеятельность, «Живую газету» и коллектив агитбригады «Синяя блуза» в Москве. Опыт эстрадного агиттеатра сформировал его вкус к буффонаде, гротеску и ёмкой пластической детали. В 1930 году Роу окончил Киношколу имени Б. В. Чайковского, а в 1934 году — Драматический техникум имени М. Н. Ермоловой, соединив техническую выучку кинематографиста с культурой сцены.
Ключевой профессиональной школой стала работа на студии «Межрабпомфильм» в 1930–1937 годах, где Роу был помощником и ассистентом классика отечественного кино Якова Протазанова на картинах «Праздник святого Иоргена», «Марионетки», «Бесприданница» и «О странностях любви». У Протазанова он усвоил мастерство актёрского ансамбля, сатирическую лёгкость и выверенный ритм мизансцены.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Перейдя в 1937 году на детскую студию «Союздетфильм» (впоследствии Киностудия имени М. Горького), Роу дебютировал в 1938 году картиной «По щучьему веленью» — первым классическим игровым фильмом-сказкой советского экрана, после которого вышли «Василиса Прекрасная» (1939) и «Конёк-Горбунок» (1941). За тридцать пять лет он снял пятнадцать сказочных лент, комедию и три документальные короткометражки, закрепив русский фольклор и литературные сказки П. П. Ершова, Н. В. Гоголя и В. Г. Губарева как полноценный самостоятельный жанр игрового кинематографа.
Если его современник Александр Птушко тяготел к эпической былинной монументальности и кукольной анимации, то Роу выстроил собственную модель сказки на стыке народного театра, лубка и живой актёрской эксцентрики. Вокруг него сложилась постоянная труппа исполнителей во главе с Георгием Милляром, создавшим незабываемые образы Бабы-яги, Кащея Бессмертного и Чуда-Юда, а также Александром Хвылей, Марией Барабановой и Верой Алтайской.
Роу вошёл в историю и как изобретательный техник доцифровой эпохи. В картинах «Новые похождения Кота в сапогах» (1958), «Марья-искусница» (1960), «Вечера на хуторе близ Диканьки» (1961), «Королевство кривых зеркал» (1963), «Морозко» (1964), «Огонь, вода и… медные трубы» (1968), «Варвара-краса, длинная коса» (1969) и «Золотые рога» (1973) комбинированные съёмки, перевёрнутая плёнка и оптические трюки служили поэтическому чуду. Вершиной мирового признания стал «Морозко», завоевавший главный приз Венецианского МКФ детских и юношеских фильмов (1965).
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Творчество Роу чутко отражало переломы советской истории, оставаясь в рамках канона детского кино. В годы Великой Отечественной войны, вступив в 1943 году в ВКП(б), он снял в 1944 году сказку-притчу «Кащей Бессмертный», превратив фольклорный сюжет о богатыре и тёмной силе в суровое сказание о борьбе с захватчиком и освобождении родной земли. В период послевоенного малокартинья режиссёр обращался к документальным лентам и постановкам на республиканских студиях («Тайна горного озера», 1954), возвратившись к большой русской сказке через гоголевские экранизации 1950-х и начала 1960-х годов.
В годы хрущёвской оттепели в его сказках отчётливо прозвучала социальная и политическая сатира. В «Королевстве кривых зеркал» (1963) по повести В. Г. Губарева детский приключенческий сюжет раскрывал механизм власти, держащейся на лжи, доносительстве и искажённых зеркалах, а лента «Огонь, вода и… медные трубы» (1968) высмеивала бюрократическое чванство и испытание славой под прикрытием традиционных сказочных испытаний.
Ради подлинной поэтики природы Роу не щадил сил в тяжелейших экспедициях — вплоть до зимних съёмок «Морозко» в Заполярье под Оленегорском — и работал почти без перерывов. В декабре 1973 года, уже завершив с Львом Потёмкиным сценарий «Финиста — Ясного сокола», режиссёр тяжело заболел в Москве; за пять дней до кончины (28 декабря) он попросил, чтобы на прощании на студии оркестр играл жизнерадостную сюиту из «Корневильских колоколов», а последний его сценарий два года спустя экранизировал Геннадий Васильев.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Вместе с А. Л. Птушко и мастерами анимации И. П. Ивановым-Вано и Л. К. Атамановым Александр Роу стал основоположником фольклорного возрождения в советском кинематографе XX века. Его картины определили развитие всей отечественной сказочной традиции, проложив дорогу поколению постановщиков от Геннадия Васильева до современного российского семейного фэнтези и Дмитрия Дьяченко.
В киноведческой науке — в трудах К. К. Парамоновой, С. В. Капкова, Н. Ю. Спутницкой и западной монографии Дэвида Эллисона (2025) — Роу осмысляется как оригинальный стилист, соединивший авангардную условность 1920-х годов с народной смеховой культурой. Особую популярность его ленты приобрели за рубежом, прежде всего в Чехии и Словакии, где «Морозко» превратился в прочную новогоднюю традицию поколений зрителей.
Свидетельством признания стали звание народного артиста РСФСР (1968), астероид (5412) Роу, названный астрономом Л. В. Журавлёвой, открытый в 2016 году музей «Дом сказки Александра Роу» в Юрьевце и памятная доска в Оленегорске (2021). Сформированный режиссёром визуальный канон русской волшебной сказки остаётся живым ориентиром культуры и в XXI веке.
