Происхождение, среда и становление
Леонид Витальевич Канторович родился 6 (19) января 1912 года в Санкт-Петербурге в семье врача-венеролога Хаима (Виталия) Моисеевича Канторовича и зубного врача Паулины Григорьевны Закс, переселившихся в столицу из Вильны и обосновавшихся в доме на Барочной улице; старший брат Николай стал известным психиатром, сестра Лидия — инженером-строителем. Пережив в Гражданскую войну эвакуацию в Белоруссию и раннюю смерть отца (1922), юноша проявил феноменальный аналитический талант и в четырнадцать лет поступил на математический факультет Ленинградского университета (1926), успев на практике поработать экономистом-статистиком. Его наставниками стали мастера петербургской школы П. Л. Чебышёва — Г. М. Фихтенгольц и В. И. Смирнов, а ранние работы в дескриптивной теории функций поддержал Н. Н. Лузин. Окончив ЛГУ в 1930 году и преподавая в Институте инженеров промышленного строительства, уже в двадцать два года (1934) он стал профессором ЛГУ, в 1935 году получил степень доктора наук без защиты диссертации, в 1938 году женился на враче Наталье Ильиной, а с 1939 года возглавил кафедру математики Военного инженерно-технического университета (ВИТУ ВМФ).
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Вклад Канторовича равнозначно изменил чистую математику и экономическую теорию. В функциональном анализе он ввёл и исследовал класс полуупорядоченных векторных пространств — К-пространств (пространств Канторовича), выдвинув принцип их элементов как «обобщённых чисел» (получивший позже строгое обоснование в теории булевозначных моделей как нестандартная модель вещественной прямой). Вместе с В. И. Крыловым он создал «Приближённые методы высшего анализа», первым системно применил функциональный анализ к вычислительной математике, доказал неравенство и теорему Канторовича о сходимости метода Ньютона и метода наискорейшего спуска для операторных уравнений и обобщил транспортную задачу Монжа — Канторовича (давшую метрику Канторовича — Рубинштейна).
Поворотным открытием стало рождение линейного программирования в 1938–1939 годах. Консультируя Всесоюзный фанерный трест по задаче оптимальной загрузки лущильных станков, Канторович увидел за частным производственным запросом общий класс экстремальных задач с линейными ограничениями-неравенствами. Разработанный им метод разрешающих множителей лёг в основу брошюры «Математические методы организации и планирования производства» (1939) — первого в мире изложения основ линейного программирования за восемь лет до симплекс-метода Дж. Данцига в США. В монографии «Экономический расчёт наилучшего использования ресурсов» (опубликована в 1959 году) он доказал математическую двойственность оптимального плана и объективно обусловленных оценок («теневых цен»), связав эффективность распределения ресурсов с рациональным ценообразованием.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Практическое признание идей Канторовича рождалось в испытаниях войны и столкновении с догматикой планового хозяйства. В блокадном Ленинграде как профессор ВИТУ ВМФ он рассчитал безопасные интервалы движения грузовиков по льду Ладожского озера в зависимости от толщины льда и температуры воздуха и зимой 1941–1942 годов лично выходил на ледовую «Дорогу жизни» для контроля движения (в 1942 году при эвакуации в Ярославль трагически погиб его девятимесячный сын Виталий). С 1942–1943 годов учёный добивался внедрения оптимального планирования в масштабах страны, однако на обсуждении у председателя Госплана Н. А. Вознесенского в 1943 году его доклад был отклонён как слишком трудоёмкий для вычислений и несовместимый с ортодоксальной версией марксовой теории трудовой стоимости. Показателен и случай 1949 года на ленинградском вагоностроительном заводе им. Егорова: оптимальный раскрой стального листа поднял выпуск изделий, но предприятие сорвало план сдачи металлолома из обрезков, из-за чего коллектив лишили премий вплоть до вмешательства партийных органов.
В 1948 году по распоряжению И. В. Сталина расчётная группа Канторовича была привлечена к советскому Атомному проекту, а в 1949 году математик получил Сталинскую премию «за работы по функциональному анализу». Настоящий перелом в экономическом признании наступил во второй половине 1950-х при поддержке В. С. Немчинова и В. В. Новожилова: в 1958 году он стал членом-корреспондентом, в 1964 году — академиком АН СССР, в 1960 году переехал в новосибирский Академгородок (возглавив математико-экономическое отделение и кафедру вычислительной математики в НГУ), а в 1965 году трое экономистов разделили Ленинскую премию.
Наследие, влияние и оценки в историографии
В 1975 году Леонид Канторович и американский экономист Тьяллинг Купманс были удостоены Нобелевской премии по экономике «за вклад в теорию оптимального распределения ресурсов»; при этом Дж. Данциг и В. В. Леонтьев прямо признавали исторический приоритет ленинградского учёного, а сам он стал почётным доктором двенадцати ведущих университетов мира (включая Йель, Кембридж, Париж, Гренобль и Глазго). В последние пятнадцать лет жизни, работая в Москве (в Институте управления народным хозяйством ГКНТ и ВНИИСИ), он оставался активным пропагандистом оптимизационных моделей вплоть до прикладной реформы тарифов советских таксопарков. Скончался он 7 апреля 1986 года и похоронен на Новодевичьем кладбище.
В современной историографии (труды С. С. Кутателадзе, В. М. Полтеровича, А. М. Вершика, И. Болдырева, Т. Дюппе) Канторович предстаёт редким примером учёного, осуществившего синтез точной математики и экономической науки. Парадокс его судьбы видят в том, что аппарат оптимального плана, порождённый попыткой повысить эффективность советской экономики, одновременно вскрыл необходимость гибкого ценового механизма, а теория оптимального транспорта Монжа — Канторовича стала в XXI веке одним из базовых инструментов вероятностного анализа и машинного обучения.
