Происхождение, среда и становление
Михаил Ефимович Катуков родился 4 (17) сентября 1900 года (по метрике — 5 [18] сентября) в сельце Большое Уварово Коломенского уезда Московской губернии в многодетной крестьянской семье с крепкой воинской традицией: дед Епифан воевал под началом М. Д. Скобелева при Шипке и Плевне, отец Ефим прошёл Русско-японскую войну. В двенадцать лет Михаил отправился к родным в Петербург, работал посыльным и приказчиком у купца Сумакова, участвовал в событиях октября 1917 года и в марте 1919 года был призван в Красную армию.
Участвуя в подавлении Донского восстания и советско-польской войне 1920 года в конной разведке 507-го стрелкового полка, он окончил Могилёвские пехотные курсы (1922), в составе курсантских отрядов сражался с формированиями С. Н. Булак-Балаховича и Б. В. Савинкова, десятилетие прослужил в 27-й стрелковой дивизии (в Орше, Вязьме, Смоленске и Борисове) и прошёл курсы «Выстрел». Решающий поворот в его карьере случился в мае 1932 года переводом в механизированные войска: окончив курсы при Военной академии механизации и моторизации (1935) и поработав под началом С. И. Богданова в 45-м мехкорпусе, Катуков освоил управление бронетанковыми соединениями, командовал легкотанковыми бригадами (участвуя в походе в Западную Белоруссию 1939 года) и в ноябре 1940 года возглавил 20-ю танковую дивизию в Шепетовке.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Боевую школу Великой Отечественной Катуков прошёл в тяжелейшем контрударе под Луцком — Дубно — Бродами (где его 20-я дивизия 27 июня под Млыновом потеряла все 33 лёгких танка БТ), прикрывая отход 5-й армии к «Линии Сталина» и Коростеньскому укрепрайону и выведя остатки части из окружения. Уже 4–11 октября 1941 года под Мценском 4-я танковая бригада полковника Катукова, вооружённая танками Т-34 и КВ, применила тактику подвижных танковых засад и огня из укрытий против 3-й и 4-й танковых дивизий 2-й танковой группы Х. Гудериана. Осмотревший поле боя Гудериан признал, что русские «уже кое-чему научились», и записал: «Это был первый случай, когда огромное преимущество Т-34 перед нашими танками стало очевидным… От быстрого наступления на Тулу, которое мы планировали, пришлось отказаться». В ноябре 1941 года бригада Катукова (в которой сражался самый результативный советский танковый ас Д. Ф. Лавриненко) отличилась на Волоколамском направлении, возглавила сводную подвижную группу в контрнаступлении под Москвой и первой в бронетанковых войсках стала 1-й гвардейской танковой бригадой.
После командования 1-м танковым корпусом под Воронежем и 3-м механизированным корпусом на Калининском фронте (1942) Катуков с января 1943 года и до конца войны бессменно возглавлял 1-ю танковую (с апреля 1944 — 1-ю гвардейскую танковую) армию. На обоянском направлении Курской дуги он измотал таранное наступление вермахта комбинацией вкопанных танков, опорных пунктов и точечных контратак, затем участвовал в Белгородско-Харьковской и Житомирско-Бердичевской операциях, освобождая Украину. В 1944 году после Проскуровско-Черновицкой и Львовско-Сандомирской операций армия форсировала Вислу и удержала Сандомирский плацдарм, в январе 1945 года стремительно ворвалась в прорыв в Висло-Одерской операции, форсировала Пилицу, во взаимодействии с 8-й гвардейской армией В. И. Чуйкова освободила Лодзь и сберегла от разрушения древний польский город Гнезно, рассекла силы врага в Восточной Померании и завершила войну штурмом Берлина через реку Шпрее вдоль Вильгельмштрассе к Тиргартену, принеся командарму две Звезды Героя.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
За блестящими победами стояли и драматические эпизоды, позднее пересмотренные историками. Так, изучение немецких трофейных документов выявило, что приведённая в приказе НКО № 337 цифра уничтоженных под Мценском немецких танков (133 единицы) была сильно завышена и потери сторон оказались сопоставимы, однако стратегический срыв темпов наступления на Тулу сохранил свою решающую значимость. В конце 1942 года в ходе операции «Марс» 3-й механизированный корпус Катукова ввели в лесисто-болотистую полосу без должного взаимодействия с пехотой и артиллерией, что привело к быстрым потерям техники; комиссия Ставки, впрочем, возложила ошибку на командование Калининского фронта.
Самое острое столкновение со старшим начальством случилось 17 апреля 1945 года на Зееловских высотах, когда маршал Г. К. Жуков в грозном приказе обвинил Катукова, В. Я. Колпакчи и С. И. Богданова в топтании перед противником и нахождении штабов в 10–12 километрах от передовой («плетутся в хвосте событий…»). Сам Катуков честно писал в мемуарах, что «17 и 18 апреля танкисты продвигались не более 4 километров в сутки», но уже 19 апреля его армия прорвала третью полосу обороны и 22 апреля вышла к Берлину. Трагизм сталинской эпохи коснулся и семьи полководца: его вторая жена Екатерина Сергеевна (в первом браке Лебедева) в 1938–1939 годах пережила тюремное заключение после расправы над её первым мужем комкором А. З. Лебедевым.
Наследие, влияние и оценки в историографии
После войны Катуков до 1950 года командовал 1-й гвардейской танковой армией в ГСВГ, затем бронетанковыми силами Группы, 5-й гвардейской механизированной армией в Белоруссии и работал в Главной инспекции Министерства обороны. В октябре 1959 года он был удостоен звания маршала бронетанковых войск. Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.
Фронтовые пособия 1942 года и итоговые мемуары «На острие главного удара» (1974), а также исследования современных историков (В. Н. Замулин, В. Прудников) закрепляют за Катуковым репутацию самого универсального советского танкового командарма, равно искусного как в глубоко эшелонированной противотанковой обороне (Мценск, Курск), так и в стремительных оперативных прорывах 1944–1945 годов.
