Происхождение, среда и становление
Граф Пётр Александрович Румянцев (Румянцов) родился 4 (15) января 1725 года (по одной версии — в Москве, по другой — в приднестровском селе Строенцы, где его мать ждала возвращения мужа из дипломатической миссии в Турцию). Сын петровского сподвижника, генерал-аншефа графа Александра Ивановича Румянцева и графини Марии Андреевны Матвеевой (правнучки боярина А. С. Матвеева), он по светской молве считался возможным внебрачным сыном Петра I, в честь которого был назван, а крёстной матерью младенца стала императрица Екатерина I. До 14 лет будущий полководец рос и учился дома в Малороссии под руководством педагога Т. М. Сенютовича.
Начало службы оказалось бурным: записанный в 10 лет в Преображенский полк, в 1739 году юноша был отправлен к посольству в Берлин, но уже в 1740 году отозван за «мотовство, леность и забиячество» и определён в Сухопутный шляхетский корпус, откуда в том же году фельдмаршал Б.-Х. Миних выпустил его подпоручиком в армию. После Русско-шведской войны 1741–1743 годов Румянцев доставил Елизавете Петровне весть об Абоском мире, заключённом отцом, за что сразу стал полковником (1743), а вскоре и графом (1744). Отец горько упрекал его за кутежи: «мне пришло до того: или уши свои зашить и худых дел ваших не слышать, или отречься от вас…». Лишь поход корпуса В. А. Репнина на Рейн (1748), брак с княжной Е. М. Голицыной и смерть отца (1749) привили Румянцеву вкус к чтению военных трактатов и превратили в системного стратега.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Боевая слава пришла к Румянцеву в Семилетнюю войну (1756–1763). При Гросс-Егерсдорфе (19 августа 1757 г.) он без приказа бросил резерв через лес во фланг пруссакам — по свидетельству А. Т. Болотова, «Сии свежие полки не стали долго медлить, но давши залп, с криком „ура“ бросились прямо на штыки против неприятелей, и сие решило нашу судьбу и произвело желаемую перемену». Под Кунерсдорфом (1759) его дивизия выстояла под натиском кавалерии Ф. В. фон Зейдлица и перешла в контратаку, а в 1761 году Румянцев вопреки трём решениям военного совета довёл до капитуляции четырёхмесячную осаду Кольберга, впервые соединив колонны пехоты с рассыпным строем лёгких егерей.
Вершиной его искусства стала Русско-турецкая война 1768–1774 годов. Сменив А. М. Голицына во главе 1-й армии, в июле 1770 года он разбил превосходящие силы турок и татар при Ларге (первый орден Св. Георгия I ст.) и нанёс сокрушительное поражение 150-тысячной армии великого визиря при Кагуле, применив подвижные дивизионные каре и став генерал-фельдмаршалом. После взятия Измаила, Килии, Аккермана и Браилова, перехода за Дунай и окружения османского войска у Шумлы в 1774 году Порта была принуждена к Кючук-Кайнарджийскому миру; Екатерина II жаловала победителю титул «Задунайский» («для прославления опасного перехода его через Дунай»), жезл «за разумное полководство» и Гомель. Обобщив опыт побед в «Инструкции» (1761), уставе «Обряд службы» (1770) и «Мыслях по устройству воинской части» (1777), Румянцев более 30 лет оставался и генерал-губернатором Малороссии (с 1764 г.), проведя Генеральную опись и распространив на край общеимперские губернские порядки и крепостное право.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Карьера Румянцева не раз зависела от придворных переломов. Возвышенный Петром III до генерал-аншефа и командира корпуса в Померании для готовившегося похода на Данию, в 1762 году он после получения Манифеста Екатерины II немедленно привёл войска к присяге новой императрице и подал в отставку, но Екатерина удержала его лестным письмом, сделав опорой своей южной политики. Апогеем европейского признания стал визит в Берлин с цесаревичем Павлом в 1776 году, где бывший противник Фридрих II инсценировал манёвры Кагула, усадил Румянцева рядом с собой в Академии наук и возложил на него орден Чёрного орла.
Однако во второй Русско-турецкой войне (1787–1791) старый фельдмаршал столкнулся с всесильным Г. А. Потёмкиным-Таврическим. Назначенный командовать 2-й армией в подчинении у фаворита, Румянцев лишился снабжения и оперативной свободы; устав командовать «воображаемой армией», он в 1789 году добился отставки. В 1794 году, числясь номинальным главнокомандующим против Польши, он уже не покидал имения, уступив победы своему ученику А. В. Суворову. В малороссийской Ташани Задунайский выстроил дворец-крепость, заперся в комнате, прервал общение с сыновьями и скончался 8 (19) декабря 1796 года. Павел I назвал его «русским Тюренном» и объявил трёхдневный траур.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Военно-теоретическая школа Румянцева — отказ от линейного шаблона, ставка на батальонную колонну, егерей, быстрый манёвр и заботу о тыле — легла в основу побед А. В. Суворова и М. И. Кутузова, а в 1943 году в память о нём была названа Белгородско-Харьковская операция «Полководец Румянцев». Его победы увековечены Кагульским и Румянцевским обелисками, Колонной Славы в Вулканештах и одами Г. Р. Державина; А. С. Пушкин назвал фельдмаршала «перуном кагульских берегов». Хотя графская линия пресеклась на его холостых сыновьях, государственный канцлер Николай Петрович Румянцев и Сергей Петрович оставили России Румянцевский музей — фундамент будущей Российской государственной библиотеки.
Историография сочетает высочайшую оценку полководческого гения Задунайского (Д. Ф. Масловский видел в нём крупнейшего военного деятеля после Петра I, Ю. Р. Клокман — новатора тактики) с острой критикой его личности и административного курса. Современники вроде графа А. Ф. Ланжерона порицали его за эгоизм и суровость к солдатам, а историки Малороссии подчёркивали жёсткий централизаторский нажим и закрепление крепостничества в бывшей Гетманщине на фоне колоссального личного обогащения фельдмаршала.
