Происхождение, среда и становление
Шарль Луи де Секонда, барон де Ла-Бред и де Монтескьё, родился 18 января 1689 года в родовом замке Ла-Бред под Бордо в семье потомственного гасконского дворянства. Его отец Жак де Секонда происходил из рода с гугенотскими корнями, выслужившего дворянство в XVI веке, а мать Мари Франсуаза де Песнель принесла семье баронство Ла-Бред, но скончалась, когда мальчику было семь лет. Окончив коллеж ораторианцев в Жюийи (1700–1711), Монтескьё изучал право в Бордо и Париже, в 1714 году стал советником парламента Бордо, в 1715 году женился на протестантке Жанне де Лартиг, а в 1716 году унаследовал от дяди состояние, титул барона де Монтескьё и судейский пост вице-президента («président à mortier») парламента Бордо.
Мировоззрение Монтескьё формировалось на переломе эпох — между Славной революцией в Англии (1688–1689) и смертью Людовика XIV (1715). Как представитель «дворянства мантии» он сохранял независимость от версальского двора, параллельно занимаясь естественными науками в Академии Бордо (1718–1721) и собирая в своём замке библиотеку в три тысячи томов.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Первую славу Монтескьё принесли анонимные «Персидские письма» (1721), где глазами двух персидских путешественников в Париже иронически изображены абсолютизм и нравы французского общества. Поселившись в Париже и сблизившись с кругом герцога Бервика и английского политика лорда Болингброка, мыслитель в 1726 году продал тяготившую его судейскую должность, в январе 1728 года стал членом Французской академии, а в 1728–1731 годах совершил большое исследовательское путешествие по Европе (Австрия, Венгрия, Германия, Италия). С конца октября 1729 по весну 1731 года он жил в Англии, где в компании лорда Честерфилда изучал парламентскую практику, прошёл посвящение в вестминстерскую масонскую ложу «Горн» и был избран в Лондонское королевское общество. Вернувшись в Ла-Бред, он внешне вёл жизнь помещика — разбил парк на английский лад и отстаивал сеньориальные права, — но непрерывно работал в своём кабинете среди трёхтысячной библиотеки.
Наблюдения за политическими институтами легли в основу двух капитальных трудов. В «Размышлениях о причинах величия и падения римлян» (1734) он доказал, что историей правят не случайности и воля отдельных правителей (Цезаря или Помпея), а общие моральные и физические причины, коренящиеся в государственных учреждениях. В главном сочинении эпохи — анонимно напечатанном в Швейцарии трактате «О духе законов» (1748) — Монтескьё построил сравнительную типологию общества и государства, резко отойдя от средневекового трёхсословного деления. Он связал три формы правления с их движущими принципами: республику — с политической добродетелью, монархию — с честью, деспотию — со страхом. Провозгласив, что «свобода есть право делать всё, что дозволено законами», мыслитель сформулировал классическую доктрину разделения властей на законодательную, исполнительную (во главе с монархом) и судебную, взаимно сдерживающих друг друга. К этому он добавил теорию влияния климата и рельефа на законы и нравы, ироническую критику аргументов в защиту рабства (включая сатиру на доводы о дороговизне сахара без рабского труда) и проницательные экономические наблюдения, за которые Джон Мейнард Кейнс назвал Монтескьё подлинным французским эквивалентом Адама Смита.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
Оставив в 1726 году провинциальную судебную службу ради независимой научной жизни, Монтескьё оказался в постоянном напряжении между академической респектабельностью и церковно-политической цензурой. Уже его избрание во Французскую академию в 1728 году прошло через придворные препятствия из-за вольнодумной репутации «Персидских писем», а оба его главных политических трактата вышли за границей без имени автора.
Настоящая буря разразилась после выхода «О духе законов» в 1748 году. Восторженно принятый в Великобритании (перевод Томаса Ньюджента, 1750) и в европейских протестантских кругах, трактат во Франции подвергся атакам со стороны иезуитов, янсенистов и богословов Сорбонны, усмотревших в нём уступки натурализму и детерминизму. В 1750 году Монтескьё ответил блестящей «Защитой „Духа законов“», но в 1751 году католическая церковь всё же внесла книгу в Индекс запрещённых книг. Одновременно его защита роли дворянства и парламентов как «промежуточных властей» расходилась как с просвещённым абсолютизмом Вольтера, так и с радикальным эгалитаризмом Руссо. Боровшийся с катарактой и страхом слепоты мыслитель успел написать «Опыт о вкусе» для «Энциклопедии» (опубликован посмертно в 1757 году) и скончался от лихорадки в Париже 10 февраля 1755 года.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Государственно-правовые идеи Монтескьё оказали прямое воздействие на политическую карту Нового времени. По исследованию политолога Дональда Лутца, в дореволюционной Британской Америке Монтескьё был самым часто цитируемым политическим авторитетом после Библии, а «отец Конституции США» Джеймс Мэдисон называл его оракулом, чьи принципы разделения властей определили систему сдержек и противовесов 1787 года. Его учение прямо повлияло на конституционное законодательство Великой французской революции и Гражданский кодекс Франции 1804 года. В России Екатерина II широко заимствовала положения «О духе законов» в своём «Наказе» Уложенной комиссии (1767), приспособив их к условиям самодержавия.
В науке XIX–XX веков Эмиль Дюркгейм, Раймон Арон и Жорж Баландье признали Монтескьё предтечей сравнительной социологии и политической антропологии, а Луи Альтюссер отметил революционность его метода, включившего материальные факторы в объяснение социальных институтов.
