Происхождение, среда и становление
Михаил Иванович Терещенко представлял редкий для поздней Российской империи тип просвещённого миллионера — наследника крупного торгово-промышленного капитала, получившего блестящее европейское образование и вошедшего как в банковско-промышленную элиту, так и в художественную среду Серебряного века. Род Терещенко происходил из малороссийского казачества и во второй половине XIX века превратился в одну из богатейших династий империи благодаря сахарорафинадным заводам и обширным землевладениям в Киевской губернии. Личное состояние Михаила Ивановича после смерти отца Ивана Николаевича оценивалось примерно в 70 миллионов рублей, а мать Елизавета Михайловна Саранчёва происходила из дворянской генеральской семьи, открывавшей путь в столичное общество.
Образование будущего министра отличалось редким размахом: уже в юности он владел основными европейскими и классическими языками (позже свободно говорил на 13 языках), окончил 1-ю Киевскую гимназию, учился в Киевском университете, в 1905–1908 годах изучал экономику в Лейпцигском университете и в 1909 году экстерном окончил юридический факультет Московского университета. Оставленный на кафедре римского и гражданского права МГУ, молодой юрист в 1911 году ушёл вместе с либеральной профессурой в знак протеста против политики министра просвещения Л. А. Кассо. В 1911–1912 годах он служил чиновником особых поручений при Дирекции императорских театров, получил звание камер-юнкера, дружил с А. А. Блоком и Ф. И. Шаляпиным, а также входил в правление Всероссийского общества сахарозаводчиков, совет Волжско-Камского банка и учётный комитет киевского отделения Азовско-Донского банка.
Ключевые свершения, труды и историческая роль
Заметный след в русской культуре Терещенко оставил ещё до начала политической карьеры. Вместе с сёстрами он основал петербургское издательство «Сирин» (1912–1914), где впервые увидел свет роман Андрея Белого «Петербург». Унаследованную от отца коллекцию русской живописи и скульптуры (картины И. И. Шишкина «Ручей в лесу» и «Среди долины ровныя», «Курсистка» Н. А. Ярошенко, «Портрет В. Гаршина» И. Е. Репина, «Девочка на фоне персидского ковра» М. А. Врубеля, полотна В. М. Васнецова, П. А. Федотова, В. В. Верещагина, работы М. М. Антокольского) он лично пополнял в Париже произведениями П. Гогена, П. Сезанна, А. Матисса, М. де Вламинка и К. Ван Донгена, а также картинами Н. К. Рериха, К. С. Петрова-Водкина, И. И. Машкова и А. В. Лентулова. В 1913 году он приобрёл знаменитый индийский голубой бриллиант весом 42,92 карата из копей Голконды.
С началом Первой мировой войны Терещенко перешёл к военно-общественной деятельности: работал в передовом отряде Красного Креста на Юго-Западном фронте, входил в Главный комитет Союза городов и Земский союз, с июля 1915 года возглавил Киевский военно-промышленный комитет, стал заместителем А. И. Гучкова в Центральном ВПК и членом Особого совещания по обороне. Одновременно он состоял в политическом масонстве («Великий восток народов России», ложа «Гальперна») с А. Ф. Керенским, Н. В. Некрасовым и А. И. Коноваловым, а накануне Февральской революции участвовал с Гучковым, Некрасовым и генералом А. М. Крымовым в обсуждении планов верхушечного переворота.
Переломные решения, конфликты и драма эпохи
В марте 1917 года Терещенко стал министром финансов в первом составе Временного правительства. Вместе с Керенским и Некрасовым он активно продвигал создание коалиционного кабинета с социалистами. После того как Апрельский кризис вынудил уйти в отставку П. Н. Милюкова, 5 (18) мая 1917 года Терещенко возглавил Министерство иностранных дел, сохраняя пост во втором, третьем и четвёртом составах правительства (включая сентябрьскую Директорию).
На этом посту он пытался совместить революционную риторику с союзническими обязательствами. Формально приняв лозунг «мира без аннексий и контрибуций» и отказавшись от тезиса Милюкова о «завоевании Константинополя и проливов», министр на деле отстаивал продолжение участия России в мировой войне в союзе с Антантой. К октябрю 1917 года это привело его к острому столкновению с военным министром А. И. Верховским, убеждённым, что армия более не способна воевать. Не меньший политический кризис вызвала поездка Терещенко и И. Г. Церетели в Киев 2 июля 1917 года: признание делегацией законодательных полномочий и территориальной юрисдикции Центральной Рады без согласования с кабинетом спровоцировало отставку министров-кадетов. В ночь на 26 октября (8 ноября) 1917 года Терещенко был арестован в Зимнем дворце и заключён в Петропавловскую крепость.
Наследие, влияние и оценки в историографии
Освобождённый весной 1918 года, Терещенко эмигрировал через Финляндию и Норвегию во Францию и Великобританию, сумев вывезти фамильный бриллиант (впоследствии проданный на торгах «Кристис» в 1984 году под именем «Голубой Моувад»). В эмиграции он поддерживал Белое движение и союзническую интервенцию, с 1921 года состоял в Торгово-промышленном и финансовом комитете, а утратив российские заводы, вновь развернул успешную банковскую деятельность во Франции и на Мадагаскаре, негласно финансируя приюты для обездоленных русских беженцев. Скончался он 1 апреля 1956 года в Монако.
Оценки Терещенко в мемуарах политических современников противоречивы: управляющий делами правительства В. Д. Набоков отмечал его светскую гибкость (souplesse), но упрекал в отсутствии цельного плана и дилетантизме, а дипломат Г. Н. Михайловский признавал его умение ладить с союзниками и Совдепом при зависимости от чиновников аппарата МИД. Национализированная в 1918 году киевская коллекция искусства стала в 1922 году основой Киевского музея русского искусства во дворце Терещенко (архитектор В. Беретти), а сама биография министра послужила прототипом Нещеретова в романе М. Алданова «Ключ» и нашла отражение в фильмах «Октябрь» и «Посланники вечности», а также в романах А. М. Пятигорского и Я. Валетова.
